Новости 2025 года от научной редакции Anti-age Expert

Современные исследования всё чаще рассматривают старение как управляемый и многоуровневый процесс — от состояния кожи и иммунной системы до когнитивных функций и системной устойчивости организма. 

В этом обзоре собраны ключевые научные публикации 2025 года, посвящённые профилактике возраст-ассоциированных состояний, новым биомаркерам старения и практическим клиническим стратегиям. Материалы основаны на мета-анализах, клинических рекомендациях и обзорах ведущих медицинских журналов.

Пероральные добавки и фотостарение кожи. Мета-анализ.

Контекст и актуальность
Фотостарение кожи — один из ведущих механизмов старения. В настоящее время интерес к нутрицевтикам как дополнительной стратегии защиты кожи возрастает. 

Цель исследования
Оценить эффективность и безопасность пероральных пищевых добавок для коррекции фотостарения кожи у здоровых взрослых на основании рандомизированных контролируемых исследований (РКИ).

Дизайн и методы

• Систематический обзор и метаанализ 

• 4 базы данных (PubMed, Embase, Web of Science, Cochrane)

• Период поиска: до октября 2024 года

• Включено: 40 РКИ, 2 119 здоровых взрослых (18–75 лет)

• Основные конечные точки:

• MED (minimal erythema dose) — показатель фотозащиты

• R2 (общая эластичность кожи) — интегральный маркер старения кожи
  
  

Какие добавки анализировались

• Коллаген (14 исследований)

• Флаваноиды какао (5)

• Другие полифенолы (5)

• Ликопин (4)

• Каротиноиды (5)

• Гиалуроновая кислота (4)

• Астаксантин (3)
  
  

Основные результаты

Коллаген

• Достоверно улучшает эластичность кожи (R2);

• Эффект подтвержден в азиатской и европейской популяциях;

• Нежелательных явлений не зарегистрировано;

• Наиболее доказанный нутрицевтик в контексте фотостарения.
  
  

Флаваноиды какао

• Значимо увеличивают MED → повышают устойчивость кожи к УФ;

• Не показали стабильного улучшения эластичности;

• Высокая гетерогенность (разные дозы, формы, зоны измерения);

• Перспективны как системная фотозащита.
  
  

Другие полифенолы (в т.ч. зелёный чай)

• Улучшают R2, но с высокой вариабельностью результатов;

• Эффект вероятен, но доказательная база пока ограничена.
  
  

Ликопин, каротиноиды, гиалуроновая кислота, астаксантин

• Не показали статистически значимого влияния на MED или R2;

• Малое число исследований и высокая гетерогенность.
  
  

Ключевые выводы по всей статье

1. Коллаген обладает высокой доказательной базой в отношении  эластичности кожи. 

2. Флавоноиды и полифенолы могут рассматриваться как дополнительная терапия к классической фотозащите.

3. Популярные ингредиенты (гиалуроновая кислота, ликопин, астаксантин) пока не имеют убедительных клинических доказательств при пероральном применени (но только в контексте фотостарения).

4. Мы понимаем, что большинство РКИ имеют методологические ограничения:

• Неполная рандомизация

• Слабый контроль внешних и внутренних факторов (никто не смотрел у них исходный уровень гликации тканей). 
  
  

Комментарий к.м.н. Легенько Марины Сергеевны, врача-невролога, врача методического отдела Anti-Age Expert:

«Этот метаанализ важен тем, что впервые исследует роль саплементации при фотостарении. Получены убедительные доказательства применения известных нам молекул для поддержания красоты и здоровья кожи.  Особенно это имеет актуальность у пациентов с противопоказаниями к агрессивным топическим методам»

Источник: Yang Q. et al., 2025. Effectiveness of dietary supplements for skin photoaging in healthy adults: a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. Frontiers in Medicine (https://www.frontiersin.org/journals/medicine/articles/10.3389/fmed.2025.1582946/full)

Искусственный интеллект и медицинская визуализация как новый биомаркер старения

В клинической практике возраст пациента традиционно используется как универсальный прогностический фактор. Однако хронологический возраст не отражает индивидуальную скорость старения, функциональный резерв органов и реальный риск неблагоприятных исходов. 

Два пациента одного возраста могут существенно различаться по траектории старения и риску развития возраст-ассоциированных заболеваний.

Современные методы машинного обучения позволяют перейти от календарного возраста к оценке биологического возраста.

В исследовании ИИ-модель обучалась на больших массивах данных (МРТ, КТ, рентген, фотографии лица и др.).

Результат работы модели — предсказанный возраст.

Ключевое понятие — возрастное отклонение (age deviation):

Разница между предсказанным ИИ возрастом и хронологическим возрастом пациента.

• Положительное отклонение → ускоренное биологическое старение

• Отрицательное отклонение → замедленное старение, лучший прогноз

Важно: клинически значимыми считаются только отклонения, превышающие ошибку модели (MAE), определённую на здоровой популяции.

Результаты

МРТ и ПЭТ головного мозга

Возраст мозга коррелирует с:

• Когнитивным снижением,

• Деменцией,

• Болезнью Альцгеймера,

• Общей смертностью.

Зафиксировано ускорение «старения мозга» во время пандемии COVID-19.

Возможное применение: ранняя идентификация пациентов с высоким риском нейродегенерации.

Грудная клетка (рентген, КТ)

«Возраст грудной клетки ассоциирован с:

• Сердечной недостаточностью,

• Смертностью,

• ХОБЛ, ИБС, фибрилляцией предсердий.

Прогностическая ценность выше, чем у хронологического возраста.

Скрининг при рутинных КТ и рентгенограммах.

Брюшная полость (КТ, МРТ печени и поджелудочной)

Биологический возраст органов коррелирует с:

• Метаболическими нарушениями,

• Генетическими факторами,

• Функцией печени и почек.

Комбинация органных возрастов точнее, чем анализ одного органа.

Костный возраст

• Используется преимущественно в педиатрии.

• В будущем возможен переход к оценке костного и костномозгового возраста у пожилых пациентов.

Лицо (фотографии)

• Пациенты с ХБП, ССЗ, онкологией выглядят «биологически старше».

• Возраст лица предсказывает выживаемость у онкологических больных.

Сетчатка глаза

• Один из самых доступных скрининговых методов

• Возраст сетчатки связан с:

• общей смертностью,

• сердечно-сосудистой и онкологической смертностью.
  
  

Клиническое значение

ИИ-оценка биологического возраста может:

• Улучшить стратификацию риска,

• Помочь в выборе терапии,

• Использоваться как неинвазивный функциональный тест,

• Работать как «фоновый» анализ уже имеющихся данных.

Ограничения и риски

• Смещения в данных (возраст, пол, этническая принадлежность).

• Недостаточная интерпретируемость моделей.

Выводы по всей статье

1. Биологический возраст по изображениям — зрелый и воспроизводимый биомаркер.

2. Возрастное отклонение стабильно связано с развитием возраст-ассоциированных заболеваний.

3. Наибольший клинический потенциал — у МРТ мозга, КТ грудной клетки, исследования сетчатки глаза и фотографии лица.

Комментарий к.м.н. Легенько Марины Сергеевны, врача-невролога, врача методического отдела Anti-Age Expert:

«Данная статья важна тем, что переводит разговор о старении из абстрактной геронтологии в плоскость практической медицины. ИИ-оценка биологического возраста даёт шанс увидеть пациента целиком: его реальный функциональный резерв. Это не диагноз, но повод для более тонкого клинического мышления».

Источник

Haugg F. et al. Imaging biomarkers of ageing: a review of artificial intelligence-based approaches for age estimation. The Lancet Healthy Longevity, 2025 (https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/40690918/)

Лекарства и риск деменции

Деменция — одна из ключевых медицинских и социальных проблем XXI века. Несмотря на рост продолжительности жизни, эффективных препаратов, модифицирующих течение деменции, до сих пор нет. Поэтому внимание клиницистов всё чаще смещается в сторону профилактики и модификации риска.

В 2025 году в журнале Molecular Psychiatry опубликован масштабный umbrella-review, обобщающий данные 68 метаанализов, посвящённых связи между системными лекарствами и риском деменции.

Авторы провели обзор всех доступных метаанализов (обсервационных исследований и РКИ), оценивающих связь между приёмом системных лекарственных препаратов и риском развития деменции.

Важно: большинство данных — наблюдательные, что накладывает ограничения (confounding by indication, обратная причинность).

Ключевые результаты 

Препараты с умеренной доказанностью снижения риска деменции:

1. Антигипертензивные препараты

• Самая убедительная группа

• Эффект связан не с классом препарата, а с контролем АД

• Наибольшая польза — у пациентов с нелеченой или плохо контролируемой гипертензией.
  
  

2. Статины

• Снижение риска деменции на 15–30% в наблюдательных исследованиях.

• РКИ не подтвердили однозначный эффект, но тренд сохраняется.
  
  

3. Агонисты GLP-1 рецепторов (GLP-1 RA) и ингибиторы SGLT2

• Наиболее перспективные «новые» классы

• Отмечается значительное снижение риска деменции

• Возможные механизмы: нейровоспаление, метаболизм глюкозы, сосудистые эффекты
  
  

Препараты с повышением риска деменции

Антихолинергические препараты (применяются чаще в урологии)

• Чёткая дозо- и длительно-зависимая связь

• Чем выше антихолинергическая нагрузка и длительность приёма — тем выше риск
  
  

Практические выводы для врача

1. Контроль артериального давления — один из самых эффективных инструментов профилактики деменции, уже доступный в рутинной практике.

2. Антихолинергические препараты следует избегать у пожилых пациентов, особенно при когнитивных жалобах — оценка антихолинергической нагрузки должна стать стандартом.

3. GLP-1 RA и SGLT2-ингиботоры — перспективный новый класс препаратов.
   
   

Комментарий к.м.н. Легенько Марины Сергеевны, врача-невролога, врача методического отдела Anti-Age Expert:

«Это один из самых качественных и честных обзоров на тему полипрогмазии и деменции. Он чётко показывает: ключевым остаётся лечение факторов риска, а не поиск “волшебной таблетки”. Для практикующего врача особенно важно напоминание об антихолинергической нагрузке — факторе, который мы часто недооцениваем в клинической практике».

Источник: Belessiotis-Richards C. et al. Systemic medications and dementia risk: a systematic umbrella review. Molecular Psychiatry, 2025 (https://www.nature.com/articles/s41380-025-03129-3) 

Новые клинические рекомендации по использованию blood-based biomarkers при подозрении на болезнь Альцгеймера

Болезнь Альцгеймера (БА) — ведущая причина деменции (60–80% случаев). К 2025 году в США с БА живут около 7,2 млн человек, и ожидается удвоение числа пациентов к 2060 году. Патологические изменения (амилоид β и гиперфосфорилированный тау) начинаются за десятилетия до клинических симптомов, что делает раннюю диагностику критически важной.

До недавнего времени подтверждение патологии БА прижизненно было возможно в основном с помощью:

• Амилоид-ПЭТ (дорого, ограниченная доступность),

• Анализа ЦСЖ (инвазивно).

Blood-based biomarkers (BBM) — плазменные биомаркеры — предлагают:

• Минимальную инвазивность,

• Лучшую доступность,

• Меньшую стоимость,

• Более высокую приемлемость для пациентов.

Однако до настоящего времени отсутствовали официальные клинические рекомендации, определяющие, когда и как эти тесты можно использовать в реальной практике.

Это клиническое руководство Alzheimer’s Association (2025) по использованию плазменных биомаркеров в диагностике БА в специализированных условиях.

Документ основан на:

• Систематическом обзоре (49 исследований),

• Оценке диагностической точности,

• Методологии GRADE (золотой стандарт клинических рекомендаций).

Рассматривались только пациенты с объективным когнитивным нарушением (MCI или деменция), после полноценного клинического обследования.

Рассматривались плазменные маркеры амилоидной и тау-патологии:

• p-tau217

• %p-tau217

• p-tau181

• p-tau231

• Aβ42/Aβ40

В качестве эталона использовались:

• CSF-биомаркеры,

• Амилоид-ПЭТ,

Ключевые клинические рекомендации

• Рекомендовано использовать BBM для исключения амилоидной патологии
  (чувствительность ≥90% и специфичностью ≥75%).

Отрицательный результат — с высокой вероятностью исключает БА.
Положительный — требует подтверждения (ПЭТ или ЦСЖ).

• BBM как подтверждающий тест

Рекомендовано использовать BBM как замену ПЭТ или ЦСЖ в специализированной помощи.
(чувствительность ≥90% и специфичность ≥90%).

Применимо только при соответствующей клинической картине. 

Особая осторожность нужна у пациентов с:

• ХПН,

• Острыми поражениями мозга,

• Лечением онкологических больных,

• Нейроинфекциями.

Практическое значение для врача

• BBM — инструмент оптимизации маршрута

• Может снизить нагрузку на ПЭТ и ЦСЖ

• Особенно ценен при отборе пациентов для антиамилоидной терапии

• Требует обучения, стандартов лаборатории и клинического контекста 

Выводы по всей статье

1. Blood-based biomarkers готовы к клиническому применению

2. Их место — специализированная помощь, а не первичный скрининг

3. Клиническая оценка и предтестовая вероятность — ключевые факторы

4. Будущее — за двухпороговыми стратегиями и комбинациями маркеров

Комментарий к.м.н. Легенько Марины Сергеевны, врача-невролога, врача методического отдела Anti-Age Expert:

«Это одно из самых зрелых и честных руководств по BBM на сегодняшний день. Оно не обещает “революции”, но дает врачу четкие ориентиры: при каких условиях можно доверять анализу крови. Особенно ценно, что подчеркивается роль клинического мышления — в эпоху коммерциализации биомаркеров это критически важно.»

Источник

Alzheimer’s Association Clinical Practice Guideline on the use of blood-based biomarkers in the diagnostic workup of suspected Alzheimer’s disease, 2025 (https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/40729527/) 

Старение — это не сумма диагнозов: зачем врачу мыслить «системно»

Как комплексный системный подход меняет понимание процессов старения.

В гериатрии и смежных дисциплинах давно признаётся, что старение — это сложный процесс.

Функциональное старение — это возрастные изменения:

• Физического функционирования (мобильность, самообслуживание),

• Когнитивных функций (память, обучение, принятие решений),

• Психологического состояния (тревога, депрессия, контроль, самоэффективность),

• Социального функционирования (участие, поддержка, одиночество),

• Поведенческих факторов (физическая активность, сон, питание).

Важно: функциональное старение не тождественно биологическому. Оно формируется на уровне повседневной жизни и напрямую определяет качество жизни, автономность и прогноз пациента.

Три ключевых принципа

1. Устойчивость

Функциональное состояние пациента — это динамическое равновесие.
Один и тот же стрессор (например, госпитализация или утрата близкого) может:

• У одного пациента вызвать временное ухудшение с восстановлением;

• У другого — привести к необратимому функциональному «провалу».

Оценивать нужно не только «насколько нарушена функция», но и насколько система способна восстановиться.

2. Нелинейность и обратные связи

Малые вмешательства могут иметь непропорционально большие последствия.

Пример из статьи:

“Назначение стандартных кортикостероидных капель после операции →
взаимодействие с диабетом →декомпенсация →длительная госпитализация → социальная изоляция → депрессивное и функциональное снижение”.

3. Гетерогенность (неоднородность старения)

Нет «среднего пожилого пациента».
Даже при одинаковых диагнозах траектории старения радикально различаются — из-за:

• Генетики,

• Накопленных социальных преимуществ и ограничений,

• Образа жизни и среды.

Авторы подчёркивают: большинство исследований всё ещё оперируют средними значениями, игнорируя индивидуальные траектории. Персонализированная медицина невозможна без учёта индивидуальной динамики, а не только групповых рисков.

Что даёт комплексный системный подход врачу.

Мнение врача 

“Эта статья хорошо объясняет то, что клиницисты чувствуют интуитивно: пожилой пациент — это не «набор болезней», а сложная система координат. Она даёт язык и концепты, чтобы описать клиническую реальность, где маленькое вмешательство может всё изменить — как в лучшую, так и в худшую сторону. Такой подход особенно ценен в эпоху полипрагмазии и мультиморбидности”

Источник: Kok A.A.L. et al. Adopting a complex systems approach to functional ageing: bridging the gap between gerontological theory and empirical research (https://www.thelancet.com/journals/lanhl/article/PIIS2666-7568(24)00199-5/fulltext)

The Lancet Healthy Longevity, 2025 (https://www.thelancet.com/journals/lanhl/home)

Вакцины после 60: «антивозрастная» стратегия, которая реально снижает риски.

С возрастом меняется иммунитет: 

• Снижается качество ответов на новые антигены, 

• Растёт хроническое «тихое» воспаление (inflammaging), 

• Чаще обостряются коморбидности. 

На этом фоне респираторные и герпесвирусные инфекции у пожилых становятся не просто «простудой», а триггером декомпенсации — инфаркта, инсульта, обострения ХСН, ухудшения когнитивных функций. 

Поэтому вакцинопрофилактика в пожилом возрасте — это не только защита от инфекции, но и потенциальная стратегия снижения риска возраст-ассоциированных событий.

1) Грипп

Накоплено много данных, что вакцинация против гриппа у пожилых связана со снижением госпитализаций и неблагоприятных исходов, включая сердечно-сосудистые осложнения. The New England Journal of Medicine
Современные обзоры и работы также поддерживают связь вакцинации против гриппа со снижением риска сердечно-сосудистых осложнений. PMC+1

2) Пневмококк: профилактика пневмонии + возможный «кардиопротективный» эффект

Пневмония у пожилых — классический «ускоритель» СС-событий. Метанализы когортных исследований показывали ассоциацию пневмококковой вакцинации со снижением риска инфаркта/инсульта и смертности (наиболее выражено у пожилых и у пациентов высокого риска), хотя дизайн данных часто наблюдательный и требует аккуратной интерпретации. PubMed+1
Более новые популяционные данные также продолжают обсуждать возможное снижение СС-риска при определённых схемах вакцинации у пожилых. OUP Academic

3) Herpes zoster (опоясывающий лишай)

Самый обсуждаемый тренд последних лет — связь вакцинации против Herpes zoster со снижением риска деменции. В 2025 году в Nature опубликован анализ «естественного эксперимента» (regression discontinuity design) на данных программы вакцинации в Уэльсе: получение вакцины ассоциировалось с меньшей вероятностью нового диагноза деменции в последующие годы, эффект был статистически значим и сильнее у женщин. Nature+1

Комментарий к.м.н. Легенько Марины Сергеевны, врача-невролога, врача методического отдела Anti-Age Expert:

«В пожилом возрасте вакцинация — это часть профилактики осложнений хронических болезней. Я обычно объясняю пациенту так: мы защищаем не только от вируса или бактерии, мы уменьшаем вероятность “срыва” систем”.

Для практики полезнее всего действовать по календарям/гайдлайнам и встроить вакцинацию в ежегодный профилактический визит как «обязательный чек-лист» для пациентов 60+.